Японские стихи хокку (хайку): поэзия прошлого и современности

Японские стихи хокку о жизни на русском языке

Японские стихи хокку (хайку): поэзия прошлого и современности

«Майские дожди! Заплыла лягушка… В дом через порог». Нет, это не сводка МЧС из зоны затопления. И не экстремальная экскурсия по контактному зоопарку. Это жанр традиционной японской поэзии хайку, она же хокку. Данный жанр олицетворяет собой способ мышления, отличный от принятого в западной культуре. Его даже не все могут сразу понять, что, впрочем, не касается выпускников нашей обучающей программы «Когнитивистика», которые за несколько недель осваивают самые разные техники мышления. Заинтриговали? Тогда сейчас расскажем о хайку подробнее!

Из истории хайку

Этот жанр японской поэзии зародился в далеком 14 столетии внутри другого распространенного в те времена в Японии жанра вака, что можно перевести как «японская песнь». Вака, в свою очередь, подразделялся на такие виды, как краткие и длинные поэтические послания (танка – краткие, тека – длинные).

Новый жанр стал продолжением и развитием, если можно так сказать, «краткой песни» и изначально носил название «хокку». Огромный вклад в развитие жанра внес своим творчеством японский поэт и теоретик Мацуо Басе (1644-1694, фамилия читается как «Басьо»), который придал стихотворным формам отточенность и элегантность:

Он буквально взорвал мир японской поэзии, написав в 1681 году необычное по меркам 17 столетия Трехстишие:

На мертвой ветке

Как отмечает кандидат филологических наук и специалист по японской литературе профессор Елена Дьяконова, это лишь один из вариантов, как можно перевести этот хокку Басе на русский язык [Е. Дьяконова, 2019]. Данный литературный перевод, предложенный русским поэтом и переводчиком Константином Бальмонтом, в любом случае, не совпадает с дословным, потому что дословно этот хокку Басе переводится как «На сухой ветке Ворон сидит… Осенние сумерки». Как видите, не впечатляет, однако в японской поэтической традиции много чего принято не описывать, а подразумевать так, чтобы об этом читатели догадались сами.

Так или иначе, но предложенные Мацуо Басе каноны хокку оставались незыблемыми вплоть до конца 19 века. К концу 19 столетия назрела необходимость обновления жанра и традиционной поэзии в целом. На волне обновления, которую поднял в поэтическом сообществе японский поэт и литературный критик Масаока Сики (1867-1902), появилось новое название жанра «хайку», которое он же и предложил. Название «хайку» прижилось и используется по сей день, а поэт, отдавший предпочтение данному жанру, именуется хайдзин:

Какие перемены постигли жанр, помимо изменения названия? Масаока Сики сделал его ближе к реализму, внедрив в поэзию разработанный им литературный метод сясэй, что можно перевести как «зарисовки с натуры». В хайку в большей степени принято описывать, а не подразумевать, что сделало жанр менее загадочным, но более понятным массовому читателю, в том числе западному. В качестве примера можно привести Следующее трехстишие Сики:

Здесь впервые сегодня расцвел

Как и Мацуо Басе, Сики тоже любил писать о природе, однако интриги, как мы можем видеть, нет никакой. Что, впрочем, не умаляет красоты трехстишия. С начала 20 века обновленные японские хокку стали активно переводить на различные европейские языки, благодаря чему японская поэзия стала более известна за пределами страны и превратила хокку в стихи для широких народных масс.

К слову, трехстрочный формат записи появился именно после того, как японские стихи хокку начали переводить на европейские языки. В традиционном варианте хокку записываются иероглифами в столбик сверху вниз. Сегодня в Японии распространен и современный вариант записи по горизонтали в одну строчку.

В западной культуре тоже предпринимались попытки позаимствовать японскую традицию записи хайку в одну строчку. Так, Хироаки Сато, переводивший хайку на английский язык, считал логичным писать перевод в одну строчку, как и оригинальные стихи. Идея не прижилась, да и сам Сато более известен не как переводчик или теоретик литературы, а как автор произведения «Самураи. Подлинные истории и легенды» [Х. Сато, 2019].

Еще дальше в своих идеях пошел канадский поэт и теоретик Кларенс Мацуо-Аллар, полагавший, что и оригинальные хайку на английском должны быть записаны в одну строчку. Эта идея тоже оказалась избыточно радикальной для англоязычных авторов и не получила развития.

Показательно, что в русской литературной традиции хайку всегда писали в три строчки, и особых поползновений в сторону изменения сложившейся традиции не было. Это притом, что для русского человека моностихи без разделения на строки вполне привычны. Достаточно вспомнить поэта Владимира Вишневского и его одностишия «Одеться бы уж раз и навсегда»,

«Все реже говорится «Вот и славно», «Нет времени на медленные танцы» и другие.

К тематике хайку мы еще вернемся, а пока поговорим про литературные особенности жанра.

Литературные особенности хайку

Так что же такого замечательного, помимо интуитивной необычности, таит в себе этот жанр? Японские стихи хокку или, как иногда говорят в просторечии, хокка строятся по определенным законам. Подразумевается, что в традиционном трехстишии должно быть 17 слогов. Когда хайку переводят на русский язык, количество слогов в каждой строчке трехстишия распределяется в соотношении «5:7:5». Другими словами, в первой строчке обычно 5 слогов, во второй 7 слогов и в третьей тоже 5.

Отличительной особенностью стиля является обязательное наличие кирэдзи, так называемого «режущего слова», которое «разрезает» трехстишие на 5-м или 12-м слоге. Гитаристы легко запомнят эту закономерность: зажатая на 5-м ладу струна повторяет ноту открытой струны, расположенной уровнем ниже, а на 12-м ладу звучит та же нота, что на открытой струне, но октавой выше. Все остальные могут пройти наш курс «Мнемотехники» и наработать свои собственные методы легкого и быстрого запоминания любой информации.

Возвращаясь к стихам, обратим ваше внимание, что расположение кирэдзи на 5-м или 12-м слоге делает логическую паузу в трехстишие либо в конце первой строчки, либо в конце второй. Оба варианта распространены примерно одинаково.

Как мы могли видеть выше, Мацуо Басе в своем судьбоносном для жанра хокку стихотворении расположил кирэдзи на 12-м слоге, т. е. в конце второй строчки. Таким образом, после строчек «На мертвой ветке» и «Чернеет ворон» образовалась логическая пауза, после которой последовала финальная третья строка «Осенний вечер».

Масаока Сики в ранее приведенном нами трехстишии поместил кирэдзи на 5-м слоге в конце первой строчки «Мой палисадник». И только потом развил мысль второй и третьей строчками «Здесь впервые сегодня расцвел» и «Цветок пиона».

Впрочем, правило «17 слогов» или правило «5:7:5» соблюдается не всегда. Даже у теоретика стиля Мацуо Басе можно увидеть в хокку примеры отступления от правила. Возьмем вот Такое трехстишие:

В небе такая луна,

Словно дерево спилено под корень…

Белеет свежий срез.

Короткий подсчет подсказывает, что здесь нарушено не только правило расположения слогов «5:7:5», но и само количество слогов больше, чем 17. Так, 24 слога трехстишия распределяются построчно в соотношении «7:11:6». Таким образом, принцип «слогового равновесия» первой и третьей строки тоже нарушен.

Самые бдительные читатели наверняка уже готовы предположить, что тут, возможно, дело в переводе на русский язык. Разумеется, перевод зачастую искажает первоначальную структуру хокку. Однако можете поверить, если не нам, то литературоведу Ричарду Медхарсту, что в оригинальном хокку тоже встречаются отступления от правил, причем достаточно часто [R. Medhurst, 2015].

Показательно, что отступления от правил обрели настолько массовый характер, что со временем стали источником нового правила. Так, избыток слогов взяли за правило называть термином «дзиамари», а меньшее, чем 17, количество слогов обозначают термином «дзитарадзу». При переводе на английский чаще происходит дзитарадзу, т. е. в переводном варианте остается меньше слогов [R. Medhurst, 2015]. А при переводе на русский язык обычно слогов оказывается больше, чем в оригинале.

Зачем, в таком случае, нужна структура и правила построения хайку? Затем, что правило «5:7:5» в оригинальной японской поэзии чаще соблюдается, чем не соблюдается. И именно в этой конструкции с учетом особенностей японского языка проще всего расположить кирэдзи («режущее слово»). Собственно, это и придает непривычным нашему слуху трехстишиям яркость, звучность и притягательность, которая заставляет вновь и вновь вчитываться в эти замечательные строки.

А еще в хайку привлекают вечные, как мир, темы, которые затрагивают авторы со времен Средневековья и до наших дней.

Тематика хайку

О чем же предпочитают писать авторы со времен зарождения хокку? Как мы уже успели заметить, чаще всего встречаются хокку про природу. Приверженцами темы были Мацуо Басе, Масаока Сики и многие другие авторы.

Чтобы облегчить понимание, о каком времени года идет речь, хайдзины (авторы, пишущие в жанре хайку) активно используют так называемые «киго» или «сезонные слова». Все они объединены в словарь сезонных слов, именуемый «Сайдзики». Словарь переведен на многие языки, в том числе на английский, и известен как The 5th season: In praise of olde haiku: a saijiki of delightful density [R. Gill, 2007].

Русскоязычные читатели могут узнать много интересного об использовании сезонных слов в научной работе, посвященной «Поэзии Мацуо Басе» [Т. Бреславец, 1981]. А основные примеры сезонных слов с переводом на русский можно найти в переводном варианте статьи The Art of Concision: A Look at Haiku («Японская поэзия хайку: искусство краткости») [Р. Медхарст, 2017].

Так, хорошо известное нам слово «сакура» используется в хокку про весну, слово «нидзи» (радуга) символизирует лето, а полнолуние в канун осеннего равноденствия обозначается словом «мэйгэцу». Есть сезонные слова для зимы и отдельно для Нового Года. Слово «микан» (мандарин) полностью зимнее, а вот новогодние украшения из веток сосны называются «кадомацу» [Р. Медхарст, 2017].

Как раскрывали тему природы в своих хокку японские мастера поэтического слова? Давайте насладимся творчеством наиболее выдающихся представителей этого жанра! Среди них достойное место занимает Еса Бусон (1716-1783), а его книга «Луна над горой» успела полюбиться русскому читателю [Е. Бусон, 1999]. Хокку про зиму будто списаны с пейзажей нашей средней полосы, что добавляет симпатий со стороны русскоязычной аудитории:

Над высокой крышей дымок…

А вот Кобаяси Исса (1763-1827) будто предвидел всеобщую Любовь к «котикам»:

Лист опавший поймал

И лапкой прижал осторожно

Обратите внимание, что здесь нет кирэдзи, «разрезающего» смысловую структуру трехстишия, и все три строчки читаются, как единое целое. Больше стихов Кобаяси мы найдем в избранных произведениях, переведенных на русский язык и выдержавших несколько переизданий [И. Кобаяси, 2000].

Можно найти Хокку неизвестных авторов, чьи сюжеты и зарисовки очень перекликаются с нашей культурой:

Бушует осенний вихрь!

Едва народившийся месяц

Вот-вот он сметет с небес…

Как не вспомнить «Буря мглою небо кроет»? Или еще Вот:

Лист летит на лист,

Все осыпались, и дождь

Хлещет по дождю…

Поем все вместе: «Листья желтые над городом кружатся». А есть хокку, вызывающие ассоциации с русскими поговорками. Например, «не болит голова у дятла»… Ой, нет, Не так:

Дятел стучит и стучит,

Ищет сухое дерево

Среди вишневых цветов…

Весьма романтично, не правда ли. Какие еще темы, помимо природы, затрагивали японские хокку? Конечно же, тему душевных переживаний человека, которую не обошла, пожалуй, ни одна поэзия мира. Правда, и тут многие авторы предпочитают использовать аллегории и ассоциации с явлениями природы. Например, Такахама Кеси (1874-1959) Утверждает, что:

Скорбеть о весне –

О жизни своей быстротечной

Ему отчасти вторит поэт Танэда Сантока (1882-1940), но выражает свои эмоции через Описание другого времени года:

Сколько лет позади!

Я, старик, все так же шагаю

По палым листьям…

Выражать чувства через явления природы – это достаточно частый тренд японских хокку. Причем многие из них настолько глубокомысленны, что перевод выходит далеко за пределы традиционного трехстишия. Примером может служить Творчество Сайто Мокити (1882-1953):

Блеск искристых снегов

И не знаю, о чем тоскует

Беспокойное мое сердце…

Поэт и литературовед Камидзима Оницура (1664-1738), исследовавший историю жанра в своей книге «Японские трехстишия», цитирует множество интересных произведений своих соотечественников на самые разные темы [К. Оницура, 2010]. Сам он, кстати, предпочитает философскую тематику, но тоже выражает ее Через тему природы:

Не из обычных людей

Тот, которого манит

Дерево без цветов…

Есть ли место оптимизму в японских хокку? Конечно! И для этого достаточно обратиться к Творчеству Накамура Кусатао (1901-1983):

Налились пурпурным соком…

Сын у нас родился!

Или Другой пример:

Услышав негромкий напев –

В поле сажают рис…

Как видим, ничто человеческое этому жанру не чуждо, и положительные эмоции точно так же находят отклик в творчестве японских хайдзинов. Стиль хайку позволяет говорить обо всем, в том числе говорить с юмором. Мы не просто так упомянули одностишия Владимира Вишневского, когда говорили о японской традиции писать хокку в один столбик либо в одну строчку. Творчество Вишневского пронизано юмором, как и произведения отдельных авторов хокку.

Процитируем, к примеру, ранее упомянутого нами японского поэта Еса Бусона и его Замечательное трехстишие:

Грабитель на дороге

Как тут не вспомнить наш российский анекдот про двух киллеров, поджидающих жертву и выражающих беспокойство, не случилось ли чего, потому что жертва явно задерживается.

А вот Кобаяси Исса демонстрирует Более утонченный юмор:

Тихо, тихо ползи,

Улитка, по склону Фудзи

Вверх, до самых высот!

Если не знать, что высота горы Фузди составляет 3 776 метров, а среднестатистическая улитка за всю свою жизнь проползает не более 250 километров, трехстишие не покажется подозрительным. За точность расчетов не ручаемся, хотя бы потому что улитки тоже бывают разные [science. yoread, 2013]. Однако понятно, что, даже если какая-то порода улитки может ползти в 2-3 раза быстрее, это никак не поможет ей достигнуть вершины Фудзи за всю свою жизнь, потому что улитки столько не живут.

Весьма специфичный то ли юмор, то ли трепетное отношение к природе и боязнь побеспокоить насекомых Демонстрирует Камидзима Оницура:

Некуда воду из ванны

Выплеснуть мне теперь…

Всюду поют цикады!

В общем-то, нам бы его заботы, но читается интересно. Кстати, сегодня предпринимается немало попыток подражать хайку среди русскоязычной пишущей публики.

Хайку в русской культуре

Как правило, в русскоязычной традиции подражания хайку – это юмористические трехстишия, отражающие реальную или вымышленную смешную ситуацию. Большинство трехстиший безымянные или подписанные ником. Мы не будем нарушать традицию, а просто дадим вам возможность насладиться юмором, пусть иногда даже черным! Итак, поехали!

Топ-12 русских веселых хайку:

1

Сакуры белая ветвь

Тихо на землю легла…

Доволен я новой пилой!

2

Бережно грабли кладу

Перед дверью соседа…

Ошибкам учиться хочу!

3

Заснул на рельсах я…

Что нынче уготовит

4

Смотрю, настроение хорошее,

И искра в глазах появилась…

Снова мозг коротит?

5

Безмятежность такая приятна,

Когда спишь на работе,

А деньги идут и идут…

6

Все, что осталось вчера,

Надо допить сегодня…

Связь времен неразрывна!

7

Велик талант жены самурая –

Единым ударом скалки дарит мужу она

Яркие звезды в ночи…

8

По отдельности каждый из вас –

Ломкий и хрупкий прутик…

И лишь вместе вам быть метлою поганой!

9

Спит сном младенца

Бомж под скамейкой…

Так хорошо без забот!

10

Туман над рекой

11

Слово как воробей…

Если оно вылетит,

Как бы не нагадило…

12

То ли уж утро здесь раннее,

То ли уж вечер тут поздний…

Сдвинуло время сакэ…

Если вы тоже хотите развить нестандартное мышление и научиться чему-то необычному (например, писать хокку), приглашаем вас на программу «Когнитивистика». Дополнительно стоит пройти наш курс «Писательское мастерство» и прочитать статью «Как писать хайку на русском языке» [Н. Леви, 2010]. И уже через непродолжительное время вы сможете сделать первые шаги на новом для себя поприще.

К слову, японскую культуру вообще и хокку в частности россияне любят и уважают. Больше всех, пожалуй, любит хокку Самара. Дни японской культуры здесь проходят ежегодно, а поисковые системы настойчиво приглашают попробовать роллы из самарского ресторана «Хокку» (не реклама – факт!)

Итак, мы слегка прикоснулись к одному из пластов великой японской культуры хайку. Узнать больше можно из статьи Haiku and the Japanese love of brevity («Хайку и японская любовь к краткости») [D. Barton, 2016]. Возможно, вам будет полезен справочник по хайку The Haiku Handbook [W. Higginson, 2008]. Данный справочник по хайку – это, по сути, первая книга, которая дает читателям все необходимое, чтобы начать понимать этот жанр, пробовать писать самому, подготовиться к докладу или лекции по этой теме.

В этом новаторском и ставшем уже классическим справочнике авторы представляют поэтов хайку, пишущих на японском, английском, испанском, французском, немецком языках. Представлены четыре великих японских мастера хайку, такие как Мацуо Басе, Еса Бусон, Кобаяси Исса, Масаока Сики, и западные авторы, о которых пока мало известно, но их работы весьма интересны. Это произведения Гэри Снайдера, Джека Керуака и Ричарда Райта.

Из русскоязычных источников можно порекомендовать статью «Как читать и понимать хайку» [Е. Дьяконова, 2019]. И, конечно, сборник стихотворений «Японская поэзия серебряного века» в очень хорошем переводе [А. Долин, 2017]. Что еще сказать про хокку или хайку? Любите, читайте, наслаждайтесь, и вы получите шанс постичь древнюю восточную мудрость, которая часто дает верные ориентиры в нашей бурной суматошной жизни.

Кстати, именно с этой целью – дать читателю проникнуться смыслом хайку, ни на что не отвлекаясь – аутентичные японские издания часто печатают хайку из расчета одно трехстишие на одну страницу. Возможно, не слишком экономно, зато в таком формате вас ничто не отвлечет от познания смысла! Мы тоже не будем вас долго отвлекать, поэтому просто желаем успехов в творчестве!

Или другой пример.

4brain. ru

01.03.2018 5:37:44

2018-03-01 05:37:44

Источники:

Https://4brain. ru/blog/japonskie-stihi-hokku-hajku-poezija-proshlogo-i-sovremennosti/

Стихи хайку (хокку). Японские трехстишия. » /> » /> .keyword { color: red; } Японские стихи хокку о жизни на русском языке

Стихи хайку (хокку). Японские трехстишия

Стихи хайку (хокку). Японские трехстишия.

Традиционный вид японской поэзии — хайку (или хокку) — известен с XIV века. Выделился как жанр лирической поэзии вака и получил распространение в XVI веке.

История хайку

Сложившись в XVI веке, стиль имел традиционное наименование “хокку”. Признанным мастером хокку был Мацуо Басё (1644—1694). Современный вид хайку оформился в XIX веке и получил новое название благодаря творчеству японского поэта Масаоки Сики (1862—1902).

Читать хайку Басе:


Как завидна их судьба!
К северу от суетного мира
Вишни зацвели в горах!
***
Осеннюю мглу
Разбила и гонит прочь
Беседа друзей

Основные стилистические принципы хайку

Современный стих хайку представляет собой поэтический текст, сложенный из 17 слогов, при написании иероглифами формирующих одну вертикальную строку. При создании хайку используется специальный прием — кирэдзи (режущее слово). Стихотворный текст делится на ритмические части: 12 к 5 или 5 к 12.

Хайку на японском (Басё):

かれ朶に烏の とまりけり 秋の暮

«Караээда никарасу но томарикэри аки но курэ»

В переложении хайку на европейские языки кирэдзи обозначают анжанбеманом (разрывом строки). Так в западной традиции формируется конструкция хайку как трехстишия (5 слогов в первой строке, 7 — во второй и 5 — в третьей). Иногда используют двусложные формы (2:1). Из-за трудности перевода с японского языка 17-сложную строфу сложно сохранить. Западноевропейские поэты, пишущие хайку, обычно используют меньший объем, а русскоязычные могут создать стихотворение с большим количеством слогов.

Основной мотив хайку — образ природы, через который поэт размышляет о жизни, отождествляя явления природы с человеческими переживаниями. Важным в поэзии хайку является обозначение времен года. Каждое сезонное явление, изменение в окружающем мире является символичным. Сложился традиционный набор сезонных образов (время прилета журавлей — осень, цветение сакуры — весна). Цвета также имеют символическое значение (лиловый — осень, одиночество). Содержание хайку рассказывает о моменте, настоящем времени, о тех переживаниях лирического героя, которые он испытывает именно сейчас. Обычно хайку не имеет названия. Даже созданное на языке, где рифма возможна, она не используется, следуя традиции классической японской поэзии.

фотография хайку на японском

Главное в поэзии хайку — в коротком произведении выразить уходящее мгновение, чувства, наполняющие человека, который наблюдает за природой и видит параллели со своей жизнью и эмоциями. Поэтому в трехстишии каждое слово, его место, каждый образ и их перетекание друг в друга невероятно важны. Необходимо передать переживания человека, употребляя как можно меньше слов.

Традиционно в сборниках поэзии под одно стихотворение хайку отводят целую страницу. Такой прием позволяет читателю сделать паузу после прочтения, продумать, представить образ, оценить то, что хотел сказать автор, примерить на себя.

Основные стилистические принципы хайку.

Japan-blog. ru

15.05.2018 16:58:10

2018-05-15 16:58:10

Источники:

Https://japan-blog. ru/16-stihi-hajku-hokku-japonskie-trehstishija. html

Японские хокку стихи о жизни » /> » /> .keyword { color: red; } Японские стихи хокку о жизни на русском языке

Хайдзин Наталья Леви — о японской поэзии хокку

Хайдзин Наталья Леви — о японской поэзии хокку

японские стихи хокку

Сегодня я хочу познакомить вас с удивительной личностью, талантливой, обаятельнейшей молодой женщиной, у которой очаровательная улыбка и чуткая душа – с Натальей Леви.
Наталья увлекается японской поэзией хокку и танка, один из организаторов Международного Конкурса Хайку на русском языке. Любит бродить между строк и радоваться жизни. Ее творческий псевдоним — Тайша. Счастье, когда встречаешь светлого человека. А в Тайше – изумительное сочетание света и мудрости, душевности и такта. В общем, люблю ее и с радостью представляю! Читайте внимательно, смакуя, удивляясь, восхищаясь и перечитывая!)) Как же я благодарна интернету за встречи с такими уникальными людьми!))

1. Наталья, расскажите немного о себе

— Пожалуй, это один из самых сложных вопросов :). Надо выбрать «немногое» из того, что я отождествляю со своим «Я» и что может послужить трейлером к одноименному фильму или аннотацией на задней стороне обложки.
Кстати, о книгах — пока я отвечаю на этот вопрос, подумайте, а как бы Вы назвали книгу своей жизни? К каком жанру отнесли?

стиль хокку

…Когда-то я была «драматическим детективом». — я хотела раскрыть загадку «кто виноват, что я тут, что я здесь делаю и зачем?». Догадки предыдущих сыщиков вроде «Einmal ist Keinmal» (один раз — все равно что никогда, т. е. «то, что случилось один раз, могло вовсе не происходить») только подогревали мой охотничий азарт. Потом излишняя остросюжетность происходящего заставила меня сменить канву своего повествования, и теперь я — скорее сборник эссе на всяческие важные и… неважные жизненные темы. По-японски это можно назвать «дзуйхи́цу» («вслед за кистью») — жанр короткой прозы вроде «Записок у изголовья» Сей-Сенагон.
А если совсем кратко, то вот список некоторых из иллюстраций к моей книге первых двух-трех десятков лет: путешествия (походы разных видов, от зимних на лыжах, горных — до вело — и под парусами, только вот под воду я еще не «добралась»), барды, Бах и Паганини, фантастика, поэзия, йога, медитация, боевые искусства, психология… чуть позже — джаз и блюз, и, конечно же, хокку.

2. Когда появилась любовь к японской поэзии хокку?

— Надо сказать, это не было любовью с первого взгляда. Сначала был просто интерес, который возник благодаря моей… собаке. Как-то я завела чудесного пушистика — щенка японской породы акита-ину (акита-ину — священная японская собака, символ счастья и процветания, верный спутник самураев.) Такого, как в фильме «Хатико».

хайку и хокку

Когда Он появился в моей жизни, я и слышать не слышала про японскую поэзию, про стихи хокку. Но, желая больше узнать о Нем, о его корнях, начала почитывать книги про Японию, японские традиции, искусство, изучать переводную литературу по истории породы, уходу и воспитанию за питомцем и наткнулась на несколько трехстрочных нерифмованных зарисовок, которые вызвали желание вглядеться в них попристальнее. Я воспользовалась всезнающим интернетом и… тут мне дважды повезло.
Первый раз — когда наряду со «скучными» и непонятными переводами на русский язык мне попались и интересные.
Тогда еще мне было совсем не важно, стиль хайку (хокку) это или танка (три или пять строчек), «правильные» это переводы, соответствуют ли они законам жанра или нет (это нынче вокруг точности и достоверности переводов случаются целые словесные битвы. Эти строки выполнили свою «русалочью» функцию, и я не успела заткнуть свои уши, да и не особо-то хотела, а теперь уже поздно. И я могу только сказать спасибо переводчикам, которые, сами находясь меж Сциллой достоверности и Харибдой художественности, сумели зародить во мне «энергию заблуждения», с помощью которой порой открывались материки и творились судьбы.

хокку о природе

.. Возможно, если бы не Он, мой Дзен, я бы никогда не узнала бы, что такое хокку стихи.

Оттаяла земля
Тут, возле первых цветов
Покойся, мой верный пес…

После дождей
Иду проведать
Могилу друга —
Еще на одно коленце
Поднялись травы с земли…

Наряду с переводами В. Марковой, больше похожими на западные стихи

Конец осенним дням.
Уже разводит руки
Каштана скорлупа.
(Басе, пер. В. Маркова)

Мне приглянулись и неброские зарисовки, в которых сходу-то и не заметишь «ничего особенного». И здесь мне пригодилась т. н. «презумпция глубины» — я авансом поверила, что в этих стихах точно Что-то есть, и надо только «пристально вглядеться» (спасибо моему псу Аките — любовь к нему открыла «ворота души» и для иных японских чудес).

Каштан упал на землю.
А почтальон поднял его
И бросил в свою сумку.
(Бусон)

Почтальоны — они такие: и звонят всегда дважды, и послания могут принести тебе неизвестно откуда и от кого… А порой даже и — Куда!

Благоуханное
Платье брошено на пол небрежно.
Весенние сумерки.
(Бусон, пер. Т. Соколовой-Делюсиной)

А это — посмотрите, как нежно, эротично, волнующе! Можно углядеть аналогию между тем, как опускаются на землю весенние сумерки (ароматы трав… светящаяся белизна цветущих крон… волнение и томление, разлитое в воздухе) и как раздевается девушка, небрежно-изящно сбрасывая платье…
..а можно и не проводить никаких параллелей, а просто поселиться на мгновение в стихе, между строк, и побыть там, оставив лупу в сумке (где уже лежит каштан :))

А вот это хокку, смотрите — с каким мягким юмором высказывается огорчение от того, что кончается эта волнующая пора (и сброшенное ранее платье уже сменилось на спортивный костюм):

Весна на исходе.
А тут еще потерялись
Любимые очки.
(Бусон)

Как поэт-хайдзин создает целый мир, вызывает у читателя отклик в виде улыбки стихи хокку о природе:

японские хокку

Ликорис цветет —
И помереть невозможно
В такую пору.
(Сантока)

Любовь старика.
Только он думал: «Забуду»,
Осенний дождь.
(Бусон, пер. В. Маркова)

После смерти сына
Больше некому стало
Делать дырки в бумаге окон,
Но как холодно в доме!
(Тиё)

японская хокку о зиме

…осознания себя полноправной, но отнюдь не главной частицей мира:

По бескрайнему полю
Шагаю, а мне навстречу —
Гряда облаков.
(Бусон, пер. Т. Соколовой-Делюсиной)

…созерцательной задумчивости в осознании красоты преходящего:

Весна уходит…
Не может удержать ее
Вечерний сумрак.
Не оттого ли он сейчас
Прекрасней утренней зари?
(Сайгё)

…и просто ценности (и относительности) каждого мгновения:

Осень в душе.
Но ведь и об этом вечере завтра
С сожаленьем вздохну.
(Бусон, пер. Т. Соколовой-Делюсиной)

японские хокку

(Навеянно пятистишием Фудзивара Киесукэ:
Быть может, когда-нибудь
Стану и эти дни
С тоской вспоминать.
Ведь горести прежних лет
Ныне дороги сердцу.
Пер. Т. Соколова-Делюсина)

…или же просто «роняет» тебя в паузу, пробужденность ото сна суеты и гонки за преходящим:

Словно водоросли,
Что без дела колышутся в море
То туда, то сюда, —
Прожил я вчера и сегодня,
Проживу, должно быть, и завтра…
(Рёкан)

Видите? — Ну просто невозможно не начать влюбляться в того, кто, во-первых, почти все время говорит с тобой о тебе (а это, как известно, всякой девушке лестно :)), а во-вторых, показывает тебе фокусы с превращениями повседневности в обыкновенное чудо и обратно, маня загадочно при этом попробовать научиться делать их самой — ведь это кажется таким простым: три строки (ну максимум пять), всего-то! А ты пробуешь и — ничего не получается, раз за разом: шляпа падает, кролики разбегаются, а голубь отказывается вылупляться из носового платка соседа и уж тем более лететь в облака.

хокку и хайку

И тут мне везет во второй раз (вернее, далеко не во второй, а гораздо больший, но в области японской поэзии хокку я буду придерживаться последовательности). — Я набредаю в интернете на сообщество людей, которые, по всем признакам, уже не первый день болеют той же болезнью, которую я обнаружила у себя — упоенностью «ароматами востока», его поэзии и культуры. И дальше уже у меня впереди — долгие и счастливые годы командной беготни с лопатами — в поисках зарытой в междустрочьях хокку истины или хотя бы ее дальней родственницы — правды. Мы пишем трехстрочия и пятистишия, хокку и танка, днями и даже ночами спорим до виртуальной хрипоты, с какой стороны разбивать «золотое яичко» и быть ли метафоре в хайку; пишем стихотворные цепочки, называемые ренку — эта игра напоминет мне «Игру в бисер» из книги Германа Гессе (вот, кстати, еще одна повлиявшая на меня книга юности). Простой пример — один пишет:

Словно приписка
В самом конце посланья —
Несколько знаков…

А второй берет и придает этим строчкам новое измерение:

Отбились в пути от своих
Перелетные гуси.

(На самом деле, это пятистишие целиком написал один человек — монах и поэт Сайгё, один из моих любимых авторов танка).

Или вот так — один говорит, с загадочной паузой в конце хокку..(?):

Зарыться
В мягкий ворох снега
Пылающим лицом…

А второй смело продолжает:

Такой любовью
Я хочу любить!

(Автор этой танка — японский поэт Исикава Такубоку, еще один мой любимчик.)
И т. д. — по особо продуманным законам составления таких цепочек можно соединить несколько десятков таких строф, и вместе получится эдакий паровозик из капелек росы, отражающих и один общий мир, и каждая — что-то свое из него, с чуть разных точек смотрения. А когда речь идет об отражениях, всегда есть место и не только Этому миру — спросите Алису, она знает :).

Впрочем, я немного отвлеклась, рассказывая про свою «вторую удачу». Вместе с единомышленниками и коллегами мы пробовали писать русские версии японских стихов, пытаясь отыскать свои магнитные линии и русла рек, ориентируясь по которым, можно попасть, как перелетная птица, из зимовья в теплой стране Слов на родину Смысла.

С яростным треском
Раскрываю полено
Внутри тишина
Андрей Шляхов

Нет звездам числа
По дну бездны бредем
Я и моя собака.
Кицунэ

Елочный базар.
Сняв варежку ребенок
Гладит иголки
Светлана Бобкова

Первый летний дождик.
Раскрываю и…
Складываю зонт.
Феликс Тамми

Перед лекцией
То, что сейчас напишет
Стирает с доски
Светлана Бобкова

Утренний сумрак.
У дырок в заборе
Большие очереди
Polay

То один, то другой
Вздрогнет
Лист на яблоне
Ореховая Соня

3. Наталья, как лучше начинать знакомиться с японской поэзией хокку?

…Вообще, как ни странно, знакомство с японской поэзией хокку лучше начинать изучать либо с русских «родственников» хайку, либо, если и с переводов, то с подробными примечаниями и подстрочниками, ибо перевод с японского, как правило, не может вместить всего того, что в него заложено автором, а также контекстом японской культуры.
Например, что бы Вам пришло в голову, прочитай Вы следующий стих? Перед нами — подстрочник стиха Мацуо Басе, одного из самых культовых фигур японской поэзии.

Летние дожди / ноги журавля / укоротились

Что же мы тут видим тут сходу? Летние дожди, поднялся уровень воды, журавль идет-бредет под дождем по какому-то водоему: реке, пруду, озерцу. И оттого, что ноги его в воде, они кажутся короче. Всего-то, воскликнете Вы. И будете правы. Потому что из русского подстрочника больше ничего и не вытянешь. Хотя перевод Веры Марковой, как водится, весьма поэтичен:

Как разлилась река!
Цапля бредёт на коротких ножках,
По колено в воде.

Но и он просто дает картинку, зарисовку. А нам хочется большего (и, кстати, иногда зря, порой «бывают просто сны» :))

хокку о птицах

А вот если б мы знали, что в исходнике стиха та строчка, в которой говорится об «укороченных» ногах журавля, короче на целых два слога, чем это положено в этой строке по законам жанра (стандартная формула — 5-7-5 слогов в трех строчках), мы бы уже могли позволить себе хотя бы короткую улыбку.
А если мы узнаем, что Басе тут намекает еще и на слова великого Чжуан-Цзы (это который все путал себя со спящим мотыльком :)) из его книги в разделе, посвященному «таковости, натуре»: «Тот, кто идет праведным Путем, не отходит от своей природы и судьбы. … Поэтому единение с другими для него — не бесполезная перепонка … У утки короткие лапы, но попытайтесь вытянуть их — и вы сделаете ее несчастной. У журавля длинные ноги, но попробуйте укоротить их — и вы причините ему страдания. Поэтому то, что длинно от природы, нельзя укорачивать, а то, что от природы коротко, нельзя удлинять. В природе не от чего избавляться.»
То есть Чжуан-Цзы говорит здесь о самодостаточности и ценности каждого живого существа.
А Басё просто подает шутливую реплику на ту же тему — у журавля-то ноги тут короткие, выходит, не по природе? Заодно обыгрывая модный в его время мотив «весеннего разлива воды».
И вот теперь перед нами — очередной образец «игры в бисер». Пусть на сей раз эта игра затрагивает скорее ум, чем чувства, но и улыбнуться тоже никогда не бывает лишним.
(За «раскрытие глаз» на этот стих, спасибо Дмитрию Смирнову — http://www. wikilivres. info/wiki/Ох,_как_коротки)

4. Потрясающе!! Не могли бы Вы еще привести пример?

Вот подстрочник хокку одного поэта-японца 20 века — Накамура Тэйдзе (1900-1988 гг).

С бедным моим дитем
Ночью холодной подтягиваю к себе матрас
Он пододвигается без усилий

Вроде ничего особенного — просто мать пододвигает своего ребенка поближе к себе, чтобы он не замерз. Но все не так просто в этом стихе, и в этом мне помог убедиться один мой коллега по увлеченности хайку Сергей. Кстати, я не исключаю, что именно потрясающие истории Сергея (l0vushka. livejournal. com), посвященные разборам хайку, с переводом не только слов, но и междустрочий, стали одним из доводов, которые сподвигли меня на решение серьезно изучать японский язык. Один из таких «разборов» я сейчас кратко перескажу своими словами.

Аварэ ко но
Ёсаму но токо но
Хикэба ёру

Первую строчку можно перевести как «мое бедное дитя» (вариант по смыслу — «жалея свое дитя», «жалкое мое дитя»). В ней есть сочувствие и нежность, но без сюсюканья. — Когда мы видим хрупкий тоненький росток пробившегося растения, мы можем испытать щемящее чувство от вида его беззащитности и слабости — наступи и его не станет — но это не значит, что мы стали бы тянуть его за стебелек, как слоненка в сказке Киплинга, торопя скорее вырасти, или накрыли бы стеклянным колпаком, оберегая от столкновения с этим большим и опасным миром. Это сочувствие-принятие без желания что-либо изменить в естественном ходе событий или посетовать на несправедливость мира сего.
…Во второй строке речь идет о том, что дело происходит осенней холодной (стылой) ночью. Мать, проснувшись, подтягивает матрас, на котором лежит ребенок (а японцы стелят постель — т. н. матрас футон — прямо на полу) поближе к себе.
И вот дальше самое главное. Этот матрас — не какой-то особенный маленький «под ребенка», а вполне себе полноразмерный и «упитанный». И пол — не скользкий, не мраморный и не отполированный. Но тельце ребенка такое легкое и невесомое, что почти не отягощает собой матрас, и тот пододвигается-подтягивается-скользит к тянущей его матери очень легко. Быть может, даже еще легче, чем она ожидала, вложив в свое почти автоматическое спросоня действие чуть больше усилия, чем это потребовалось.
И в этой неожиданной «поддатливости» матраса с почти невесомым ребенком, едва-едва обзаведшимся «плотностью себя самого» в этом мире, чтобы в нем «наличествовать», и заключено то, что заставляет пережить щемящее чувство осознания хрупкости жизни, ее мгновенности и преходящести, этой вот «невыносимой легкости бытия»…

В три строки перевод этого хокку не влезает, не помещается… быть может, пяти строкам повезет чуть больше?

Осени стылая ночь.
Ближе к себе подтягиваю
Своего малыша —
Матрас с моим бедняжкой
Пододвинулся так легко…

Навеянно пятистишием Фудзивара Киесукэ Быть может, когда-нибудь Стану и эти дни С тоской вспоминать.

Nasati. ru

18.10.2018 9:55:30

2018-10-18 09:55:30

Источники:

Http://nasati. ru/moi-intervyu-intervyu-s-xajkistom-natalej-levi. html

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *